Эл Ибнейзер

                      З Е Р К А Л О   Д У Ш И



        Мы сидели с Максом в удобных креслах, положив ноги на легкую 
ограду террассы, потягивали пиво и наслаждались жизнью. Теплый летний 
вечер и свежий воздух обычно оказывают умиротворяющее влияние, а когда 
ими наслаждаешься в удобном кресле с пивом и старым другом, это вообще 
бесподобно. Максу, как всегда, хотелось что-то рассказать, и я не видел 
никаких оснований ему в этом мешать, тем более, что его сестренка и моя 
половина колдовала что-то с кучей макулатуры и моим компьютером, так что 
была явно слишком занята, чтобы испортить нам вечер. И Макс 
действительно начал:

        - Помнишь, ты мне говорил, что программа всегда похожа на автора ?

        - Угу. А что ?

        - У меня тут забавный случай был, хорошее подтверждение.

        - Подтверждение оставь себе, я и так верю, а забавный случай 
давай !

        - Не поверишь. Можешь себе представить, чтобы программа хотела 
того, что и автор хочет, а сам о том не подозревает ?

        - Представить, пожалуй, но больше ... Ладно, удивил, не томи - 
рассказывай.

        - Про федерацию амазонок слыхал ?

        - Это те, что свободу от мужчин объявили ? Трудно не слыхать, 
маразматичек всегда далеко слышно. Захватили власть на паре планет, 
выгнали мужчин, а теперь божатся, что размножаются непорочным зачатием.

        - Ха, непорочным ! У нас весь сектор пространства знает, какое 
это непорочное !

        - ???

        - Они мужиков пролетающих ловят и устраивают им "медовый месяц", 
а потом отпускают через пару месяцев.

        - Ну и как, отбиваются от желающих быть пойманными ?

        - Да как сказать ... это, конечно, неплохо, но когда после 
постели тебе дают гроздь бананов и пинок ниже спины, это не вдохновляет. 
Особенно, если это повторяется каждый вечер два месяца. Я одного после 
этого видел - он на баб смотреть не мог без содрогания.

        - Упустил из виду. А зачем так круто ?

        - Это у них принцип такой. Дескать, "Как мужчины с нами 
поступали, так и мы с ними будем ! Раньше мужчины над женщинами 
издевались, а теперь уж мы своего не упустим !"

        - Ладно, маразматички, уговорил. А как ловят то ?

        - Ловушками. Вот об одной из них я и хочу рассказать. Устроены 
они просто. Детектор ловит пси-излучение пилота, и компьютер определяет 
его самые сокровенные желания. Понимаешь, самое желанное, 
притягательное, чтоб кости размякли от одной мысли. И каждому свое. 
Оказывается у каждого есть такое желание, которому он не способен 
сопротивляться, какой-нибудь столь вожделенный объект, что ради него 
готов голову в пасть сунуть. Вот этот объект и визуализуется, так что 
пилоту кажется, что он его видит.  И ведет корабль прямо в ловушку. Умно ?

        - Вполне. Хотя и с трудом, но верится.

        - Ха ! С трудом ! Тут все дело в программе и компьютере. Как эта 
программа твои желания отфильтрует, отожмет как следует, да тебе же и 
покажет, ничего и не сделаешь. Главное, чтобы его отчистить от помех, 
действительно экстракт дать. Так вот, эта программа и есть пример, 
который доказывает, что программа повторяет автора, даже в том, чего он 
сам о себе не знает.

        - И чего же не знал о себе создатель этой программы ?

        - Создательница, извини, создательница ! В том-то и дело !

        - ???

        - Подумай, что может хотеть амазонка, всю жизнь воспитывавшаяся 
в презрении к мужчинам, настолько сильном, что оно составляет основу ее 
характера ?

        - Хм, чего угодно. Дуракам закон не писан. А дурам тем более.

        - Слабо, слабо.

        - Ну-у, по принципу дополнения - мужика, но это у нее так 
глубоко, что и говорить не о чем.

        - Что ж, а теперь я тебе расскажу как мы с Бадом из такой 
ловушки выбрались, а ты сам суди.

        - С Бадом ?

        - Мой напарник и программист от Бога. Да еще кобель страшный - 
ни одну не пропустит. Это у него две страсти -  программирование и 
женщины. Какая сильнее - не скажу.

        Так вот, болтаемся мы с Бадом, как в старых романах, на нашей 
развалине где-то за Бетельгейзе. Компьютер у нас старый, с линкора 
списанный. В инструкции было написано, что он должен был работать, когда 
в соседнем отсеке термоядерные бомбы рвались бы. Насчет бомб не знаю, но 
у нас он тоже без хорошего пинка не работал, так что пилотировал в 
основном Бад, причем больше вручную. Тут мы и попались.

        - Судя по твоему описанию ловушек, у тебя было два месяца 
удовольствия с последующим награждением бананами ?

        - Не угадал, мы выбрались.

        - Как ?

        -Не спеши. Слушай по порядку. Итак, идем мы, как обычно, 
забрались в рубку - курс корректировать. Постоянно там сидеть, конечно 
не требуется, но раз в день корректировать полезно. Итак, сидим мы в 
рубке. Бад, как пилот-программист, в уме косинусы берет, я, как 
капитан-инженер, компьютер ногой пинаю, чтоб заработал, а тот нас на 
своем родном материт и во весь динамик пищит. Словом, нормальная жизнь. 
И тут я на переднем обзоре вижу дубину. Ровно такую, которая мне нужна, 
чтобы компьютер пищать перестал. Протираю глаза, сажусь в кресло,
пытаюсь остыть, и вижу как дубина в банку пива превращается. Такую 
небольшую, только что открытую, так что чуть пены сверху выплеснулось, 
чтоб аромат был. Тут уж я совсем перестал понимать. Гляжу - Бад уже тоже 
туда смотрит, и взгляд у него какой-то нехороший, удивительно знакомый.
Такой, что, кто Бада знает, сразу скажет, что он там видит. Точнее кого. 
Тут я про амазонок и вспомнил. А он уже в поле корабля включился, 
отождествился с ним, разворачивается - минут двадцать и все, будем на 
месте. И поделать ничего нельзя, я его знаю, если у него такой взгляд, 
то он уже сам не свой, не человек - зомби. Пока своего не добьется или 
от объекта страсти по морде не схлопочет - не успокоится. Понятно, 
сейчас ему второе не грозит. Система на ловушке уже полностью на него 
настроилась, так что уже и я его иллюзии вижу. Вкус у Бада, впрочем, 
оказался неплохой. Я, тем временем, прикидываю, что будет, если его 
немножко по голове треснуть, чтоб управление перехватить и  смотать 
отсюда. Думаю и понимаю - поздно. Пока он с кораблем не отождествился - 
можно было, а сейчас он себя им чувствует и им управляет, так что стукни 
его по голове - начнет от метеоритов отстреливаться. А уж как поведет 
себя корабль без сознания лучше и не предполагать. Так что сижу я 
паинькой, а он тем временем корабль нацеливает, куда у всех женщин 
обычно нацеливался. И все быстрее и быстрее. Сам уже в кресле 
разгорячился, объект ему тоже отвечает, словом, все по плану. К 
сожалению, не нашему. Итак, влетаем мы, понятно куда, на экранах темно, 
Бад уже аж стонет, а я свою любимую ручку достаю, чтобы на ней первую 
зарубку для подсчета дней сделать. И тут ... Можешь не поверить, но я, 
как видишь, здесь, а не у амазонок. Словом, сам не верю, но мы безо 
всяких проблем вылетаем в открытый космос. Иллюзия сзади сохранилась, 
только руки раскинула и лежит в изнеможении. Бад, впрочем, тоже. Никогда 
его в таком состоянии не видел, что, правда, не удивительно. И тут до 
меня доходит, что мы вырвались ! Понял почему ?

        - М-м-м ...

        - Ну, смотри. Ловушка нас выпустила, ловушкой управлял компьютер, 
компьютером - программа.

        - Дыра в программе ?

        - Да ! Но какая ! ! ! Он же ее удовлетворил ! ! !

        - Хм ... А ты не слишком персонифицируешь ?

        - Да, понимаю. На самом деле он своими желаними и действиями 
создал такую комбинацию входных данных, что в программе вылезла ошибка. 
Только вот почему создательница программы сделала именно эту ошибку ? 
Ведь ее захочешь - не сделаешь !

        - Пытаешься меня убедить, что она сама этого хотела, и того не 
подозревая перенесла это в програму ?

        - Хотела, сам же сказал. И действительно перенесла. В конце 
концов известно же, что художник или, например, поэт в свое творение 
вкладывают то, чего сами о себе не знают. А тут не проще ведь. Ну, что 
ты об этом думаешь ?

        - Думаю, что делает сейчас твоя сестренка и моя жена за моим 
компьютером.

        Тут раздался вопль:

        - Э-эли ! Эта твоя бандура опять меня дурой назвала !

        Вечер окончился. Я нехотя поднялся с кресла и сказал в дверь:

        - Не волнуйся, дорогая, это он любя. Не врать же хорошему 
человеку !

                        * * *